Ванинский порт

Колыма — Гулаг

Колыма — Гулаг

Колыма — сакральное место и понятие для нашей страны в прошлом веке. Сначала — это место беспрецедентного труда заключённых, потом — уже свободных людей, но прикладывающих невероятные физические и психологические усилия для работы здесь в погоне за «длинным рублем».

«Ванинский порт», «Я помню Ванинский порт» или просто «Колыма» — три названия одной песни, которая рассказывает о зэках, отправленных водным путём на Колыму. Происходило это в 1930-е, во времена массовых репрессий. На пароходах, в трюмах, заключённых перевозили в самые отдаленные, почти безлюдные регионы Советского Союза. И добирались до конечной цели далеко не все. Конечно, блатной в чистом виде эту песню назвать никак нельзя.

Рассказ в ней идёт не от лица матерого уголовника. В то время от тюрьмы не мог заречься ни военный, ни учёный, ни врач, ни писатель. ни даже чекист. Поэтому песня не содержит блатного сленга. Это натуральный крик души нормального, «гражданского» человека, волею судьбы и властей подвергнутому смертельному испытанию. Испытанию неволей, холодом, голодом, болезнями, собаками, унижениями от «вертухаев» и «блатарей».

Люди, годы, Колыма

Экстремальные северные условия, скудное питание и почти что рабский труд подрывали здоровье в считанные месяцы. Но это уже там, в лагерях. Но до них ещё нужно было добраться. На пароходе, в трюме. В невыносимых условиях. Лейтенант Вадим Стародубцев попал на Колыму в 1938-м. Он был осужден «за контрреволюционную деятельность». И попал он в лагеря как раз водным путём. В его книге «Люди, годы, Колыма» есть описание того страшного путешествия:

«Я был этапирован на пересылку Севвостлага, на „Чуркин мыс“. Пройти это „адово чистилище“, выжить и не потерять человеческий облик помогло то, что я влился в среду бывших военнослужащих — танкистов, летчиков и моряков — численностью в 25 человек. Была занята „круговая оборона“, круглосуточно дежурили звенья по пять человек, они пресекали все попытки блатарей и лагобслуги нарушить наш суверенитет и обокрасть кого-либо из нас.

После посадки на пароход мы сохранили целостность нашей группы. После 15-суточного плавания началась выгрузка из трюмов около восьми тысяч заключённых, доставленных этим рейсом. Увиденная на пирсе картина и сейчас стоит перед глазами: отвесная сопка, стекающая с неё вода и лежащие кругом люди, пьющие воду из кюветов и луж под ногами. До прибытия парохода его пассажирам трое суток совершенно не выдавали питьевой воды и никакой пищи. Попытки конвоя построить заключённых в колонну, несмотря на команды, стрельбу, рычание многочисленных овчарок, избиение прикладами лежащих и пьющих из луж грязную воду, не увенчались успехом, и только когда была утолена жажда, люди начали постепенно подниматься с земли и строиться в колонну».

Но многие осуждённые так и не добирались до Колымы. Они погибали прямо в трюмах.

Ванинский порт

Точная дата, когда была сочинена песня, неизвестна, но, видимо, в те, «гулаговские», времена. Широкую же известность «Ванинский порт» приобрёл уже в «оттепель» — в 1950-60-е года. Есть, как это всегда бывает со старыми и легендарными песнями, несколько текстовых версий. Поскольку песня передается устно, она несколько искажается, какие-то слова подменяются по созвучности, но зато — песня фольклоризируется, становится истинно народной.

А вот насчет авторства песни споры идут жесткие. Писатель Виктор Астафьев считает, что написал «Ванинский порт» поэт Борис Ручьев, который долгие годы провел в сталинских лагерях. Впрочем, особых доказательств не предоставил. Ещё есть версия, что сочинил легендарную песню Николай Серебровский. Он работал на Колыме шофёром и регулярно публиковал свои стихотворения в тамошней газете. Но его сочинения до нас не дошли, а потому ничего определенного сказать нельзя.

Ещё исследователи лагерного фольклора называют имя Фёдора Демина. Он также немало лет «чалился» на Колыме, попутно сочиняя стихи. Но и в данном случае нет железных фактов в пользу Демина. Наконец, последним претендентом на авторство является Григорий Александров, который, в отличие от остальных, сам прямо и заявлял, что именно он тот загадочный неизвестный автор «Ванинского порта». Однако насчет него и больше всех сомнений. Представивший свой текст Александров, противопоставляя его «официальному», допускает ряд проколов. К примеру, у него есть такие строки:

«Будь проклята, ты, Колыма, что названа чудом планеты!…»

Но во всем известном варианте строчка звучала так: «что названа чудной планетой». А что такое «чудо планеты»? — странное выражение, не обиходное по отношению к Колыме. Кто так называл Колыму и почему? В то время как «чудная планета» понятна любому лагернику. Поскольку в ГУЛАГе переходила из уст в уста ироническая частушка:

«Колыма, Колыма — чудная планета: девять месяцев зима, остальное — лето!»

А ещё в некоторых версиях песни встречается даже такое определение Колымы — «черная планета». Но этот вариант, видимо, просто возник из-за созвучия «чудной» и «черной».

Впрочем, проблемы с идентификацией авторства вполне естественны в данном случае — ведь в те времена поэт, сочинивший эти строки, мог и под расстрел за свой поэтический дар попасть. Или ещё «червонец» к сроку своему добавить. Тут уж не до славы. Вот и не брал на себя тогда никто бремя авторства этого действительно сильного песенного произведения (это мнение авторитетных филологов и исследователей фольклора).

Ну а сейчас уже остается только строить версии и гадать, гадать. Да это и обычное дело со старыми песнями, когда автор остается в забвении, зато его труд тиражируется устным путём, а песня получает почётный статус народной. Так и произошло с «Ванинским портом».

Wiki